July 19th, 2014

Урдхва Куккутасана

+ 1

Синхронии ) Читаю этот отрывок, а потом меня позвали смотреть новорожденных щенят. Глаз, конечно, у них пока еще не видно. Но дыхание… ) По-моему, тут нет особой разницы, человеческий детеныш или … :-) Попробуйте дышать как младенец и … :) Вы почувствуете, насколько сильна его связь с Всеобъемлющим.
И вообще, этот отрывок, по-моему, прекрасное предисловие для практики дыхания Вайвейшн с зеркалом (смотря себе в глаза) :) - один из способов увидеть себя настоящих :)

«Если посмотреть на детей, когда они появляются на свет, такие свежие, прямо из источника жизни, то можно увидеть некое присутствие того, что не передать словами, - нечто безымянное, неопределенное.

Ребенок живет. Это нельзя определить как живость, но она есть, ее можно почувствовать. Ее так много, что даже слепой не сможет не увидеть. Свежесть. Ее можно почувствовать рядом с ребенком. Постепенно аромат исчезает. И если, к сожалению, ребенок добивается успеха, становится знаменитостью - президентом, премьер-министром, Папой, то тот же ребенок начинает смердеть.

Он появился с чудесным ароматом, неизмеримым, неопределенным, безымянным. Посмотрите в глаза ребенку - вы не найдете ничего глубже. Глаза ребенка - это пропасть, у нее нет дна. К сожалению, после того, что с ним сделает общество, вскоре его глаза станут мелкими; из-за многочисленных слоев обусловленности эта глубина, эта невероятная глубина исчезла. А ведь то было его реальное лицо.

У ребенка нет мыслей. О чем ему думать? Мыслям нужно прошлое, мысли требуют проблем. У него нет пока проблем, он беспроблемный. Нет никакой необходимости ему о чем-то думать. О чем?

Ребенок находится в сознании, но без мыслей.

Это реальное лицо ребенка.

Такое же лицо было и у вас, и, хотя вы уже забыли его, оно у вас есть, ожидая, когда оно сможет к вам вернуться. Я говорю о возврате, потому что вам оно было хорошо известно в прошлых жизнях, но вы постоянно забываете о нем.

Наверное, и в этой жизни бывали моменты, когда вы были близки к тому, чтобы узнать его, почувствовать его, быть им. Но мир огромен для нас. Его хватка велика - он тянет вас в тысячах направлений. Он тянет вас в тысячах направлений, и вы разваливаетесь на части. Просто невероятно, как людям удается сохранять себя. Видимо, давление со всех сторон такое сильное, что ваши руки, ноги и голова не могут улететь. На вас давят со всех сторон.

Даже если вы случайно встретитесь со своим реальным лицом, вы не сможете узнать его, это будет незнакомец. Вероятно, вы иногда встречаетесь с ним, совершенно случайно, но вы даже не здороваетесь. Это незнакомец; и глубоко внутри у вас сидит страх, как при встрече с любым незнакомцем.

Вы спрашиваете, как сохранить настоящее лицо ребенка.

Вы ничего непосредственно не должны делать.

Любое прямое действие станет помехой.

Нужно научиться искусству пассивности.

Это очень трудное искусство. Вам не нужно что-то делать, чтобы защитить и сохранить реальное лицо ребенка. Ваши действия только исказят его. Нужно научиться пассивности; нужно научиться не стоять на пути у ребенка, уйти с дороги. Нужно быть очень смелым, чтобы оставить ребенка наедине с собой.

Тысячи лет нас учили, что если оставить ребенка одного, то он превратится в дикаря. Нонсенс. Я сижу перед вами - разве я похож на дикаря? А мне родители не мешали. Да, у них были неприятности, и у вас будут, но игра стоит свеч.

Реальное лицо ребенка настолько ценно, что любая проблема - чепуха. Оно настолько бесценно, что, сколько бы вы за него ни заплатили, это по-прежнему дешево; вам оно достается бесплатно. И однажды вы увидите реальное лицо вашего ребенка, первозданное, такое же красивое, с каким он появился на этот свет, с той же невинностью, ясностью, радостью, весельем, живостью... Чего же вам еще нужно?»

Ошо