May 14th, 2014

Кумбхака

+ 1

276ceb48d2c94801596dbca7c36c2c06

СИНТАКСИС

Человек всмотрелся в свои уравнения
и заявил, чти Вселенная имела начало.
В начале был взрыв, сказал он,
Назовем его «Большой Взрыв»,
так и родилась Вселенная.
И она расширяется, сказал человек.
Он даже вычислил продолжительность ее жизни:
десять миллиардов обращений Земли вокруг Солнца.
И весь мир был счастлив;
все решили, что его вычисления — это и есть наука.
Никому не пришло в голову, что,
предположив, что Вселенная имела начало,
этот человек просто следовал синтаксису своего языка –
синтаксису, который требует начал вроде рождения,
развитий вроде созревания,
и завершений вроде смерти.
Так утверждается реальность.
Вселенная когда-то началась,
а теперь она стареет, заверил нас тот человек.
И она умрет, как умирает все,
и как он сам умер, после того как подтвердил
математически
синтаксис своего родного языка.

СИНТАКСИС ИНОГО ТИПА

Действительно ли Вселенная имела начало?
Верна ли теория Большого Взрыва?
Это — не вопросы (несмотря на вопросительный знак).

Является ли синтаксис, который требует для утверждения реальности начал, развитий и концов, единственным существующим синтаксисом?
Вот это — настоящий вопрос.

Есть другие синтаксисы.

Есть такой, например, который требует, чтобы различные варианты интенсивности принимались как факт.
В этом синтаксисе ничто не начинается и ничто не заканчивается; рождение — это не четко выделенное событие, а лишь особый тип интенсивности, как и созревание, и смерть.

Человек такого синтаксиса, просматривая свои уравнения, обнаруживает, что он вычислил достаточно много вариантов интенсивности, чтобы авторитетно заявить:
Вселенная никогда не начиналась
и никогда не закончится,
но она прошла, и проходит сейчас, и еще пройдет
через бесконечные колебания интенсивности.

Этот человек вполне мог бы заключить, что сама Вселенная является колесницей интенсивности и на ней можно мчаться сквозь бесконечные перемены.
Он бы мог прийти к этому выводу, и ко многим другим, пожалуй, даже не осознавая, что он лишь подтверждает синтаксис своего родного языка.

Карлос Кастанеда, Искусство Сновидения